биоплант / bioplant / biopont (bioplant) wrote,
биоплант / bioplant / biopont
bioplant

Category:

Пространство современных исторических исследований

По просьбе одного новоиспечённого магистранта описал ему ситуацию с историческими исследованиями в России, как я её вижу. С фокусом на господствующие подходы к изучению истории и их различия.

Вербализация получилась достаточно интересной, чтобы изложить её здесь. Этот пример, кстати, показывает важность ведения дневников и обсуждений на семинарах/конференциях/дружеских посиделках. Непроговорённая мысль часто остаётся недодуманной. Представление определённое у меня было, но вряд ли без просьбы им поделиться оно бы не вылилось в следующую модель:

Пространство современных исторических исследований, на мой взгляд, может быть представлено как трёхмерное, с тремя координатными осями:

1. факты-теории;

2. цифры-эмоции;

3. рефлексивность исследователя.

Первые две оси имеют противоположные полюса, примерно равно отстоящие от условного нуля, третья ось положительна, движение от нуля по ней возможно только в одну сторону.

Ось факты-теории позволяет провести границу между условно отечественной и западной историческими школами. Для историка русской школы главное – факты. Архивы – хлеб историка, ценность статьи равна ценности источника, который этой статьёй вводится в оборот. Нет новых, неопубликованных данных – нет статьи. Главная доблесть историка – найти архив, который ещё не нашли другие историки. В пределе статья превращается в сборник документов, иногда даже без комментария. Представители западной школы называют такой подход «старая добрая описательная история».

На обобщённом «Западе» больше внимания уделяют объяснительным теориям. Факты тут используются как материал для их подтверждения или опровержения. Типовая схема статьи, написанной в рамках «западной» исторической школы, примерно следующая: какой-то мёртвый француз сто лет назад разработал некую общественную теорию (модель) для других условий и по другому поводу. А давайте-ка посмотрим, как она работает на нашем историческом материале? (подбираем факты, иногда притягиваем за уши) … выяснили, что модель на нашем материале (не) работает. Ура!

Несколько утрируя, можно сказать, что отечественная школа не раздумывает о найденном материале, а западная – наоборот пренебрегает конкретикой ради красивых мыслительных конструкций.

Встречаются попытки механически скрестить полюса. Выглядят они обычно довольно бледно и заключаются в том, что в статье для виду поминаются две-три теории, а потом вываливается куча фактов, никак с этими теориями не связанных.

Ось цифры-эмоции проводит границу между несколькими подвидами истории. На одном полюсе находится клиометрика, которой на Западе занимаются экономисты, а у нас - историки. Данное направление не интересуется теми явлениями, которые невозможно оцифровать, стремится перепроверить имеющуюся статистику и воссоздать статистику, которой никогда не существовало (например, оценить валовый сбор хлебов в Древнем Египте исходя из активности строительства пирамид (логика «нет еды – строим медленно»)), или ещё как посчитать экономическое развитие. Направлению свойственен подход «судим по результатам». Сначала надо как-то определить темпы экономического развития в какую-то эпоху, а потом если темпы были высоки, мы объявляем политику, которая тогда проводилась, успешной, а если низки – не успешной. Цель оправдывает средства, да. За рамками такого подхода остаются, например, культурные достижения, внутренние переживания современников и прочий «дух эпохи». Клиометристов как раз критикуют за это их якобы пренебрежение человеком. Традиционная описательная история стоит на этой шкале ближе к «цифровому» полюсу. Как правило, в учебниках нам рассказывают, насколько выросла длина железных дорог, сколько городов возникло, насколько увеличилась армия и т.п. А раздел про культуру – последняя глава, на которую обычно не остается времени.

На противоположном полюсе находится социальная история и история повседневности, которая все эти тонны стали и проценты роста воспринимает как некий фон, рамку, в которой существует простой человек. Вам по дневникам и мемуарам подробно восстановят быт простого труженика 17 века с пробуждения до отхода ко сну, расскажут, как он относился к хозяину, какие у него были развлечения, считал ли он себя счастливым (конечно, если он не забыл написать об этом в дневник). История повседневности может быть очень занимательна, но поскольку она считает условия жизни человека заданными извне, разные сюжеты в рамках ее теоретического аппарата оказываются несравнимы. Мы просто узнаем, что кто-то жил так-то и думал о том-то. Оценки исторических периодов, данные в рамках клиометрического подхода и в рамках истории повседневности, могут расходиться диаметрально, особенно если мы изучаем сталинскую индустриализацию или ещё какой «большой скачок».

Если клиометрика смыкается с экономикой, то социальная история смыкается с public history – инструментальной политической дисциплиной, изучающей использование истории для политических целей. Девиз public history: «Не важно, что было, важно, как запомнили». Если история повседневности изучает как формируется память о прошлом, то public history изучает как сформировать правильную память о прошлом.

Наконец, третья ось – ось рефлексивности. У неё есть ноль, означающий отсутствие рефлексии исследователя о том, насколько адекватно его работа отражает прошлое. Находящийся в «нуле» исследователь считает, что прошлое было именно таким, каким он его понял. Более вменяемые историки понимают, что их восприятие ограничено кругом источников, собственным кругозором и жизненным опытом, классовой принадлежностью заказчика и другими искажающими факторами. По этой оси можно уйти в плюс бесконечность, где сидят постмодернисты во главе с Хейденом Уайтом, для которых историческое сочинение вообще ничего не говорит об истории, а только о личности историка. В плюс бесконечности историк так задавлен рефлексией, что не пишет ничего, так как понимает, что в сущности сочинения историка ничуть не лучше сочинений обывателя – ни то, ни другое к прошлому не имеет никакого отношения.

Конечно, эти подходы – как описания тех слепых, что с разных сторон трогали слона. Более-менее верное представление о слоне можно получить, только если использовать их вместе. Есть хорошие исторические работы, где авторы используют и цифры, и свидетельства современников, применяют и новые документы, и определённые теории, и умеренно критично настроены к себе, чтобы с одной стороны задаваться вопросом «что могло исказить мое восприятие прошлого?» а с другой все-таки иметь дерзновение сесть за письменный стол. Но это обычно крупные обобщающие работы. В статьях просто в силу объёма и сроков автор, как правило, сваливается в ту или другую крайность.


Источник
https://vas-s-al.livejournal.com/775373.html
Tags: История, Наука, Перепост
Subscribe

  • Берестяные грамоты

    ГУГЛ (!!!), тот самый, что игнорирует полёт Гагарина, в праздничном дудле напомнил, что сегодня 70 лет как от(к)рыли берестяные грамоты. По такому…

  • Дело не в прививках, а в ублюдках

    Применительно же к современной историографической здравоохранительной ситуации есть все основания говорить о моральном терроре со стороны «…

  • Успехи вирусологии

    06 июня 2021 года Министр здравоохранения России сообщил что среди вакцинированных заболевает менее 0,8% Статья от 06 июня 2021 года «Мурашко…

promo bioplant november 15, 2018 10:49 16
Buy for 100 tokens
Почитал очередной пост на "Пикабу" [ ссылка 1] и тут же заметил странность: в тексте из поста и на аудиозаписи одного из первых исполнений было расхождение. Ну, мало ли кто что написал в интернете. Стал искать более или менее официальный текст песни, зародившейся в 1938 г. Не нашёл!…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments